Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Как здесь общаться?

Друзья, я очень рада тому, что журнал все больше оживает благодаря вашим подпискам и комментариям.
Что бы общаться было приятнее, я решила написать этот пост, дабы обозначить чему я здесь особенно рада, а чего здесь вряд ли стоит делать.

Collapse )

О норме

Долго я носила в себе этот пост. С тех пор, как мое место жительство стало меняться от стране к стране, от города к городу, а это 4 последних года моей жизни. Пост о норме.

Свои перемены мест жительства я здесь упоминаю по той причине, что в каждой стране есть свое понятие о норме. Я раньше думала, что норма - это то, что принято всеми здоровыми людьми, но это оказалось совсем не так.
Например, в Чехии норма - это обустраивать свою жизнь вне нарциссических рамок. Здоровому красивому образованному мужчине работать на кассе в супермаркете не в лом. Потому что "главное, что бы 1 - работать, 2 - нравилась работа, 3 - дома все было хорошо". Иногда мне кажется, что это все, что интересует чехов.
В Литве мне сложно представить, что бы громкие выкрики, прямое и неприкрытое выражение всех своих чувств переживалось окружающими как нечто нормальное. В Литве важно "что люди подумают".
Collapse )

Люди-жертвы


Позиция жертвы - это позиция человека, который страдает из-за проявлений других людей, государства, внешних обстоятельств.
Такие люди невероятно терпеливы, обычно без внешних проявлений агрессии и нередко возникает импульс начать их спасать, давать им инструкции как им поступить или просто взять и начать делать что-либо за них.
Этих людей обычно жалко, они выглядят страдающими, но при этом часто это страдание сопровождается смирением. Обычно ситуация, в которой оказывается жертва, выглядит так, будто хороший праведный человек стал жертвой коварных людей или обстоятельств.
Особенность этих людей, что с виду они во многом беспомощны, не могут себя защитить.

Но что на самом деле стоит за такой историей?

Collapse )


О ценности слияния или запись из рубрики "Дневник эмигранта"

Сегодня на семинаре Лены Петровой по работе со сновидениями делали упражнение: надо было взять какой-нибудь небольшой эпизод из жизни и представить как бы его мог нарисовать художник-пейзажист.
Пока ехала сегодня домой в отличном настроении, вдруг задумалась над тем, что это упражнение напоминает мне процесс написания картины.

Collapse )

(no subject)

Нынче в тренде тема про принятие собственного бессилия. Мол, приняв собственное бессилие, появляется возможность отгоревать то, что изменить невозможно, и через это горевание принять ситуацию так как есть. Это высвобождает кучу сил и дает возможность идти и расти дальше.

Стоит отметить, что эта идея мне очень близка. Ведь действительно, если я признаю, что я борюсь с ветряными мельницами и теряю надежду их победить, силы, потраченные на борьбу, я могу потратить на то, чего я действительно могу изменить и таки удовлетвориться.

Но есть в этой теме одна хитрая заковырка: ведь идея про принятие собственного бессилия проста и понятна, но отчего же ее, порой, так сложно воплотить в жизнь? Отчего человек бьется, рушится, истощается, но продолжает вести борьбу там, где априори ясно, что эта борьба бессмысленна?

Collapse )


(no subject)

Суббота. 7 утра.
Надо продрать глаза, сходить в душ, сделать себе мюсли и кофе.
Собрать сумки, палитру и холст, разгрести машину от апрельского снега и помчаться по пустым дорогам в художку.

Я туда всегда опаздываю. Потому что туда можно опаздывать. Там никто не ждет, не давит.
Туда я просто прихожу, медитативно раскладываю мольберт, распаковываю краски и кисти, раскладываю цвета на палитре и под Баха или Шопена пишу.

Вот, получился интересный цвет.
Вот холст стал оживать.
Сначала непонятными пятнами. Потом формами, которые играют между собой. Потом оттенками, рельефом, тенями.
Только преподаватель иногда подходит: "уважай цвет. Без уважения картина не заживет. Не бойся экспериментов. Передавай глубину. Уважай то, что ты пишешь. Думай, анализируй, играй. Не слушай свой разум - картины без внутреннего света мертвые. Ищи свою волну".

Collapse )

К чему приводит жадность в отношениях

А еще знаете чего подумала?

Что страх ошибиться может быть связан с жадностью.
А жадность в свою очередь может быть напрямую завязана со страхом.
А страх может быть напрямую связан с ощущением беззащитности.

Поясню.

Вот, например, боится человек вступать в какие-то отношения.
Если этот страх связан с реальной угрозой (сгустим краски и обозначим, что человек этот маньяк-убийца, отсидевший срок), тогда этот страх вполне себе здоров и указывает на здравую саморегуляцию.
Collapse )

О самолетах, тревожности и национальных особенностях

Приземляясь за последнюю неделю третий раз, я задумалась: почему при удачной посадке самолета пилотам аплодируют только в России (точнее, только у русских это принято)?

Я вспоминала свое командировочное прошлое, в котором я приземлялась где-нибудь в России более 150 раз, и каждый раз в салоне после посадки царила такая атмосфера, будто удачное приземление - это чудо, которого могло и не случиться. Хотя за все мои перелеты у меня ни разу не было аварийных ситуаций. Полагаю, что у моих соседей-пассажиров, лица которых выражали облегчение, так же не было в опыте авиакатастроф.

Еще вспоминала то, что самолет - это такая штука, куда ты садишься и все - дальше тебя этот аппарат несет по мало-знакомой из опыта среде под названием "небо", а управляет им всего пара человек, доступа к которым нет. Ну, то есть, нет возможности прийти к пилотам и сказать "Уоу-уоу, палехчи, я боюсь". Ты просто туда садишься и ничего не контролируешь.
Мне кажется, отсутствие контроля, это то, что может провоцировать разные реакции - кто-то выпивает во время полета, кто-то перед, кто-то совершает другие ритуалы, дабы снизить свою тревожность.
Еще есть такая фишка - бояться летать на самолете куда безопаснее и "понятнее", менее стыдно, что ли, чем тревожиться за те сферы своей жизни, в которых контроля нет, а тревога по этому поводу, блокируется какими-то убеждениями.
Collapse )

Человек-дерево

дерево
Этой метафорой со мной поделился очень дорогой мне друг, прошедший длинный путь изменений в своей жизни. Спасибо, Саша, за возможность выразить твоими образами то, что мне кажется очень важным.

Однажды, на свет появилось дерево. Допустим, это был тополь. Или ясень.
Это дерево родилось в одном Питерском дворе на Московском проспекте, где огромные сталинские дома стоят буквой "П" и затеняют и без того невеселые питерские пейзажи.

И вот, во дворе такого дома, родился тополь.

Collapse )

Размышления о смерти

Я с большим уважением и интересом отношусь к смерти. И в каком-то смысле, считаю ее своим лучшим другом, если так можно выразиться. Потому что ни что так не побуждает меня к жизни, как осознание собственной конечности.

Смерть многолика и все время сопровождает жизнь. Она появляется то тут, то там, в разных ситуациях и контекстах. Как бы я не готовилась к ней (например, когда очевидно, что человек уходит и прямым текстом прощается), она для меня всегда неожиданна, мне так ни разу и не удалось подготовиться к ней. И я никогда заранее не могла знать свою реакцию на нее - какую-то смерть я принимала спокойно, какую-то - невыносимо тяжело, а какую-то даже с облегчением.

Смерть мне видится не старухой с косой. Смерть мне видится отсутствием жизни.
Иногда вижу биологически живых людей, но не замечаю в них жизни. Иногда сама себя чувствую пустой, мертвой, истощенной до донышка.
Но любая смерть мне нравится тем, что она дает новую жизнь.
Когда во мне умирают одни надежды, рано или поздно на освободившееся место приходят другие. Когда умирают одни отношения, из опыта этих отношений произрастают новые, более зрелые. Когда уходит кто-то из близких, зарождается новая жизнь - жизнь без этого человека. Какой она будет, удастся ли прожить потерю и сделать этот опыт опорой, а не черной дырой, высасывающей собственную жизнь - показывает лишь время.

Больше всего меня впечатляет как люди выстраивают отношения со своей смертью.
Одни до последнего цепляются за иллюзии и фантазии, отказываясь принимать свою конечность любой ценой, включая цену благополучия близких.
Другие - принимают ее, готовятся к ней, заботятся о своих близких.

Например, моя бабушка-казачка, когда в свои 92 года поняла, что уже не встанет после перелома тазовой кости, она сначала продумала и написала завещание, в котором попросила сдавать ее квартиру, не дожидаясь 40 дней, что бы сразу после ее смерти ее дети смогли получать доход, оставила каждому из своих детей денег (откуда - я до сих пор не могу представить). И когда все завершила и со всеми попрощалась, попросила сиделку убрать подушку из-под ее головы, что бы легче было умирать. Когда сиделка отказалась, с охами и ахами "да что ж вы такое говорите", моя бабушка выдохнула и ушла.

Это было очень похоже на нее - она была чрезвычайно волевой женщиной, прошедшей войну, осталась единственной живой из 8 детей в семье, одна подняла троих детей в военное время, при этом работая медиком.

С тех пор я стала задумываться "а может ли человек выбирать свою смерть? Может ли с ней договориться?".
Пока пришла к выводу о том, что, похоже, свою смерть возможно выбирать в той же степени, в которой можно выбирать свою жизнь.

Пока так я живу в одной из самой затрагивающей и важной для меня теме.